Возвращаюсь к Умберто Эко

Давным-давно, посмотрев фильм "Имя розы", заинтересовалась и самой книгой. Дома появился диск с электронной библиотекой, роман там был и я решила прочесть его с компьютера. Дело было неблагодарное, особенно с учётом домашних дел и ребёнка. Обычную книгу я носила за собой по дому, читая между делами то на кухне, то в комнате, обычный же стационарный компьютер лет 15 назад мобильностью не обладал. Роман объёмный, со множеством отступлений в расколы веры в средневековье, на лету это ухватывается плохо, нужно вдумчиво изучать текст и пояснения, иногда возвращаясь, а большое количество разных персонажей отлично тренирует память, но тоже требует сосредоточения, чтобы не путаться в том, кто есть кто. Мелкими перебежками читалось плохо, книга показалась тяжеловатой и перегруженной фактами и сюжетными ответвлениями. Больше я к ней не возвращалась, помнила основную фабулу, причём основательно благодаря фильму, но подробности и тонкости стёрлись напрочь. На днях, окончив читать точно так же полустёртого из памяти Олдриджа (впрочем, пришла к выводу, что история Лили Стьюбек застряла в памяти года аж с 1984 ещё и благодаря тому, что читала-то я на базе отдыха журнальный вариант, а номера с окончанием, похоже, не оказалось! Не зная, чем же окончился роман, я долгие годы смутно задавалась вопросом, но забыла и точное название книги, и автора. А поскольку сейчас для меня наступил странный момент возвращения, в памяти стали всплывать незаданные вопросы, недоделанные дела и тому подобное), я задумалась, что читать дальше, перебрала свою карманную электронную библиотеку, попробовала "Мёртвую зону" Кинга - всегда любила эту вещь, заставляет задуматься, что может сделать ясновидение с его носителем, печальный итог, понимаешь, что подобный человек будет вести самую мучительную жизнь, неся бремя принятия решений за других, вынужденный руководствоваться лишь собственными моральными устоями, не имея возможности разделить эту ношу с другими... Но книга не захватывала. Я посмотрела ещё раз список, поняла, что классики тоже не манят, хотя можно было попытаться взяться за Тургенева или Чехова. Какая-то случайность напомнила об Умберто Эко... А, помню!!! Просматривала "Бездну", там была цитата по поводу комментария к аудиокниге Эко, дескать, будет ли на языке оригинала, какой-то идиот ответил, что вот, на английском же, чего ещё, ему заметили, что итальянцы, для разнообразия, иногда пишут на итальянском! И вот, скачала книгу и читаю. То ли изменились условия чтения (смартфон, как прежде бумажная книга, следует за мной повсюду), то ли я сама стала старше, но на этот раз книга читается не в пример легче. А слово "простецы" - надо же, в одном из переводов Поттера его использовали, но я не вспомнила, к кому оно ещё применялось, ещё штришок к тому же Поттеру. Причём - довольно интересный. Подзабылись тонкости, подхватывающиеся на лету - вульгарный язык и церковный, священнослужители и простецы, вопросы управления и власти. Действительно, модель одинакова, хоть тебе средневековье, хоть наши дни. Для управления властью можно поощрять возмущающие потоки - "еретиков" - едва они набирают силу, их уничтожают, и так бесконечно! Рада, что снова взялась за книгу, получаю большое удовольствие, жалко отрываться от неё!!!

С Новым годом меня :-)

А Новый год встретился вообще не так, как даже предполагалось! И я этому безмерно рада. Ага, и комплект постельного белья я себе лично новый подарила - расточительство, но не чрезмерное. Теперь с детским удовольствием рассматриваю вполне себе абстрактные рисунки на новых простыне-наволочке-пододеяльнике и с удовольствием засыпаю. Даже спать уже начала относительно хорошо. И опять пытаюсь читать Достоевского - казалось бы, и на работе-то хватает, чем мозги выкрутить, но решила произвести очередную попытку проникнуться. Отчего-то Достоевский мне не дается. Ну никак! Соотнести могу, по успешности невосприятия, с Платоновым, это для меня Достоевский современности. Сражалась с "Идиотом", "Преступлением и наказанием", "Братьями Карамазовыми" - пока они меня победили, читаю с трудом и отвратительно запоминаю события, подробности, рассуждения. Некоторые любимейшие вещи других авторов могу годами в руки не брать, а нужное место отыщу почти сразу, а тут вообще даже никаких цитат, мыслей, идей - все как в черную дыру засосало. Ладно, засела за "Бесов". Объем - ух!!! Первую треть читала даже почти нормально, хотя на особо ярко запомнившиеся места все равно сослаться не могу. Но вообще перевариваемо моей упрямо борющейся с Достоевским головой. Из размышлений - о, Господи, судя по сходству оттенков именно настроения и восприятия русские классики явно описывают одно и то же место. А поскольку они описывали Россию, то в их времена это было точно что болото. Сразу слепливаются в один большой ком персонажи Чехова, Льва Толстого, Писемского, Гончарова, Тургенева... хотя именно у Достоевского больше всего персонажей, которым милосерднее было успешно лишиться рассудка - судя по мелькающим иногда чокнутым, им, по его мнению, живется как-то оптимистично. Наверно, потому что не приходится разрешать вопросы Бога, праведности, грешности, своего места в этом мире и соотношения с этим миром вообще. Впрочем, у него персонажи все-таки ненормальные - они ненормальны тем, какую роль себе лично отводят в окружающей реальности. Даже интересно становится, мания ли это только автора или ему было счастие с такими типажами общаться. Результат утомительный, в лучшем случае - пугающий. Страшно, когда человек отводит себе роль того, кому станет, дай лишь точку опоры, перевернуть мир. А тут их такое количество на единицу страницы, что российская беспросветность становится чем-то необратимым (будущего тут явно нет, кроме безумия), более того - революции становятся неотвратимой необходимостью. Нет никакого подспудного напряжения, брожения масс и тому подобного - есть маньяки, нашедшие таки точку опоры. В общем, осилила пока половину книги. Конечно же, дочитаю. Но потом нужно будет найти что-то очень мудрое, светлое и увлекательно-изысканное, как любимое вино (о, как красиво это в тоже странновато-затянутом, но местами восхитительно дразнящем аллюзиями то ли сознательными, то ли с оттенком плагиата "Облачном атласе": "Вино изысканное, как кровь единорога"). 

"Легенда о Марко" в двух версиях

Давно, еще когда училась в школе, извлекла из шкафа небольшую книжечку рассказов Горького, кажется, сборник назывался "Старуха Изергиль". Этот рассказ, ясное дело, входил в сборник, еще там были "Песня о Соколе", "Песня о Буревестнике", "Мальва" и стихотворение - "Легенда о Марко" (не поручусь, что это все, но книги под рукой нет). Вещи все эти небольшие, впечатление тем не менее от них оставалось сильное, причем довольно долго. Но - вот что странно! - со временем я совершенно позабыла эту самую "Легенду о Марко". Можно даже сказать, что как произведение когда-либо прочитанное, а уж тем более, имеющее отношение к Горькому, она попросту исчезла. А вот не так давно меня заинтересовало творчество Алексея Апухтина. Хотелось заполучить сборник в бумажном варианте, отправилась посмотреть, что там залежалось у букинистов. Отыскался сборник "Стихи русских и советских поэтов о любви", изданный в 1974 году. Он меня заинтересовал, и я утащила это сокровище домой. Апухтина там было всего пару вещиц, но сама по себе книга была интересной. Там я натолкнулась на стихотворение Горького с названием "О маленькой фее и молодом чабане". Память нахально и неожиданно включилась и принялась ныть, что тут что-то неправильное. Я прочитала стихотворение:

О маленькой фее и молодом чабане

Из валашской сказки

В лесу над рекой жила фея,
В реке она ночью купалась
И раз, позабыв осторожность,
В рыбацкие сети попалась.

Смотрели рыбаки, дивились...
Любимый товарищ их, Марко,
Взял на руки нежную фею
И стал целовать ее жарко.

А фея, как гибкая ветка,
Вмогучих руках извивалась
Да в Марковы очи смотрела
И тихо над чем-то смеялась.

День целый они целовались,
А чуть только ночь наступила, -
Пропала красавица фея,
А с нею и Маркова сила.

Дни Марко все рыскал по лесу,
А ночи сидел над Дунаем
И спрашивал волны: "Где фея?"
А волны смеются: "Не знаем!"

Повесился Марко на горькой,
Трусливо дрожащей осине...
И други его схоронили
Над синим Дунаем в теснине.

Ночами к нему на могилу
Та фея сидеть приходила...
Сидит и над чем-то смеется...
Ведь вот как веселье любила!

Купается фея в Дунае,
Как раньше, до Марка, купалась...
А Марка уж нету! От Марка
Лишь песня вот эта осталась!

Вот тут память завопила: "Стоп, стоп, стоп!!! Я все вспомнила!!!" И в самом деле, я отлично помнила, что стихотворение заканчивалось строфой:
"А вы на земле проживете, 
Как черви слепые живут: 
Ни сказок про вас не расскажут,
Ни песен про вас не споют!" 


Озадачившись явной несходимостью слова напечатанного перед носом и запомнившегося из далекого детства,  поискала стихотворение. Выяснилось, что, действительно, мирно сосуществуют оба варианта. Первый входил в сказку в виде песни, было это опубликовано в "Самарской газете" аж в 1895 году, вот тут это все имеется. А второй был переработанной версией все той же песни из сказки. Второй вариант мне нравится больше, вероятно, дело и в том, что был прочитан и воспринят первым, а также сам по себе стал более отточенным и завершенным. Итак, вот оно, "Легенда о Марко":


В лесу над рекой жила фея,
В реке она часто купалась;
Но раз, позабыв осторожность,
В рыбацкие сети попалась.
Ее рыбаки испугались...
Но был с ними юноша Марко;
Схватил он красавицу-фею
И стал целовать ее жарко.
А фея, как гибкая ветка,
В могучих руках извивалась,
Да в Марковы очи глядела
И тихо чему-то смеялась...
Весь день она Марко ласкала,
А как только ночь наступила -
Пропала веселая фея,-
У Марко душа загрустила...
И дни ходит Марко, и ночи
В лесу над рекою Дунаем,
Все ищет, все стонет: "Где фея?"
Но волны смеются: "Не знаем".
Но он закричал им: "Вы лжете!
Вы сами играете с нею!"
И бросился юноша глупый
В Дунай, чтоб найти свою фею
Купается фея в Дунае,
Как раньше до Марко купалась;
А Марко уж нету... Но, все же,
О Марко хоть песня осталась.
. . . . . . . . . . . . . . .
А вы на земле проживете,
Как черви слепые живут:
Ни сказок про вас не расскажут,
Ни песен про вас не споют!

1903

После чтения

Я случайно повстречала стихотворение, которое меня поразило.

Я позабуду все обиды,
И вдруг напомнят песню мне
На милом и полузабытом,
На украинском языке.

И в комнате, где, как батоны,
Чужие лица без конца,
Взорвутся черные бутоны –
Окаменевшие сердца.

Я постою у края бездны
И вдруг пойму, сломясь в тоске,
Что все на свете – только песня
На украинском языке.

(Леонид Киселев)

Мне захотелось им поделиться, а есть один человек, с которым я могу обсуждать все, что мне захочется. Я отправила стихотворение с биографией, а в ответ получила несколько неожиданный вопрос, читала ли я роман отца этого поэта. Роман называется "Девочка и птицелет", автор его Владимир Киселев. С некоторой опаской я отыскала это произведение в сети и принялась просматривать. Но практически в первых же страниц книга меня увлекла. Главной героиней книги является девочка-подросток, ее мысли, ее мнения, ее взгляды - они очень и очень естественны и живо описаны. Она просто живая, ее жизнь наполнена учебой, увлечением химией, поэзией, немножко первой любовью... хотя жаль, что автору не удалось придерживаться реалистичности по мере углубления в свой роман. Но до чего же было удивительно практически вернуться в собственные школьные годы! Хотя и события в книге отнюдь не одновременны с моей учебой в школе, но шутки, проделки и розыграши - очень даже знакомые! Я будто заглянула в окошко своих школьных лет... вот так, неожиданно и приятно, случайно встретившееся в одном из комментариев стихотворение, подарило два дня юности! И размышления, как же этому произведению удалось оказаться напечатанным. Потому что, несмотря на несколько режущие глаз местами патриотические высказывания на тему всеобщего, а не личного счастья и социалистических идеалов, более чем заметно, что это жестокий мир. Где воруют, обманывают, убивают. И где преступления могут сойти с рук. И где за смелое слово может быть разрушена жизнь человека, посмевшего поднять голову и голос. И что мы живем просто в логическом продолжении этого мира.